Изначально правительство США использовало эту модель для формирования эффективной антимонопольной политики. Но затем с легкой руки Майкла Портера[1], который применил ее для анализа компаний, ведущих конкурентную борьбу на каком-либо рынке, она стала популярной и среди корпоративных стратегов. В исходном виде модель позволяет оценить, насколько структурные факторы (например, рост спроса и наличие входных барьеров в отрасли) воздействуют на поведение производителей (например, на ценообразование) и на экономические результаты и отрасли в целом, и ее отдельных предприятий.

В 1980-х годах McKinsey предложила свой, расширенный вариант модели, добавив в статическую концепцию элемент динамики. Согласно нашей динамической версии, взаимосвязь между структурой, поведением и результатом не бывает однонаправленной. При таком подходе компании могут оценивать влияние своей деятельности на структурные факторы в отрасли, а в конечном счете — и на результаты собственной работы. Множество компаний использует эту обновленную модель, чтобы проиграть различные сценарии вероятного развития событий, понять, что происходит в отрасли, и выстроить соответствующие стратегии. Динамическая модель СПР не привязана к конкретным периодам, и ее используют во многих странах и отраслях.

[1]См.: М. Портер. Конкурентная стратегия. Методика анализа отраслей и конкурентов. М.: Альпина Бизнес Букс, 2007.